Парадокс жизни Лизы: любит небо, боится высоты. В самолётах ещё ничего, а вот на смотровых площадках — жесть. Земля странно манит, притягивает к себе. Однажды Лиза поймала что-то вроде панической атаки на куполе флорентийского собора. Дикий страх под итальянским солнцем, какой-то безумный контраст.

«Так у тебя на могиле две одинаковые даты будут написаны, значит», — тогда ещё Лиза не знала, что парашютисты очень любят чёрный юмор. Она услышала эту фразу в день своего рождения, он же День первого прыжка. 13-ое, пятница.

Лиза любит подвиги и приключения. Со студенчества помнит мифы Древней Греции, особенно про Икара. О чём он, об увлечении полётом? О стремлении к свободе? Об опьянении успехом? Не выходит из головы.

Она будто играет в игру, любит удивлять себя и обретать новые жизненные опыты. Лиза даже умеет самовнушаться — например, волевым усилием решила, что начнёт паниковать только в день рождения, не раньше. «Если что, откажусь от прыжка прямо в вертолёте», — уловка для мозга. Лиза понимает, что Лиза от такого не отказывается.

Первая волна страха: приезжаешь в Коломенский район из Москвы на электричке. Добираешься до аэродрома. Берёшь документы у его сотрудников. Подпись, что у тебя нет заболеваний (их целый перечень). Пульс бьётся. Подпись, что снимаешь уголовную и судебную ответственность с аэродрома. В горле сохнет. Подпись, что ты не находишься под действием алкоголя или наркотиков. Подпись, что ты понимаешь, что это экстремальный вид спорта. Подпись, что ты осознаёшь, что прыжок может привести тебя к гибели. Чувствуешь экзистенциальный страх конечности жизни, никогда не было острее. Думаешь, что, может, не надо? Но всё равно подписываешь.

Лизу довозят до вертолёта на автомобиле — за рулём парашютист с тотальным спокойствием, которым он щедро делится.

— Самое страшное, что с тобой может сегодня случиться — то, что тебе понравится прыгать, — говорит он.

Лиза думает, что если когда-нибудь в своей жизни сделает это во второй раз, то уже с ним. Потом она слушает инструктаж, знакомится с инструктором Артёмом. Они будут «в тандеме». На Лизе теперь специальный комбинезон салатового цвета, он ей даже нравится. Она видит, что у остальных ребят в тандеме взрослые мужчины, а у неё — молодой. Спрашивает у своего, он вообще прыгал когда-нибудь. Серьёзно говорит, что нет, но потом смеётся. Рукав его комбинезона задран, видна татуировка — надпись «born to fly», это успокаивает.

Вторая волна страха: подходишь к вертолёту, он орёт лопастями. Чувствуешь себя героиней остросюжетного фильма, ты просто идёшь на очередное задание. Вас человек десять, арифметика такая: пять профессиональных парашютистов и пять салаг. Думаешь, что чёрт с ним, с набором высоты, хотя он стремительный. Как-то ведь ещё прыгать отсюда надо. Интересно, но у вертолёта будто нет части вертолёта. То есть, в самолёте хотя бы двери закрыты, а в твоём Ми-8 нет.

Напротив Лизы сидит инструктор (другой, не молодой), который спрашивает, страшно ли ей. Она говорит, что да. Он признаётся, что тоже боится. Лиза не знает, радоваться ей или нет, что инструктору тоже страшно. Но поддержка чувствуется. Другой инструктор подмигивает Лизе. Ощущает опору. Никто не смеётся. Эта тишина перед прыжком не похожа ни на какую другую. Но она не тяжёлая. Правильная, светлая и настоящая тишина.

Третья волна страха: под вами четыре тысячи метров. Ты смотришь прямо перед собой, в облака, задирать голову не нужно. В плотной сцепке с инструктором вы как единое целое. По правилам первый шаг в облака делает он. За секунду до: смотришь, как летит парочка других тандемов, прыгает в пустоту. Думаешь о себе, понимаешь, что страх ушёл, его место заняли азарт и твёрдая уверенность, что всё будет хорошо. Момент полного доверия миру и себе. Кайф, что есть чувства сильнее страха.

Прыгаешь — и быстрый зум.

В какой-то момент Лиза думает, что умерла и началось что-то другое. Совсем новое ощущение, даже не знаешь, какие ярлыки и прилагательные на него повесить. Но оказалось, что это не смерть, а одна минута свободного падения. В щёки Лизы мчит поток воздуха снизу, их раздувает как никогда в жизни. Она думает: «Почему никто не написал об этом в интернете?» Подлетает другой парашютист с видеокамерой, Лиза пытается изобразить двумя руками, что всё в порядке, поднимая большие пальцы вверх. Потом падение становится плавнее: Артём открыл парашют.

— Ты там как? — спрашивает он.

— Офигеть, как красиво!!!

— Держи правую стропу!

— ???!!!

Лиза точно помнит: такой договорённости не было. Надеясь, что всё в порядке, берёт стропу.

— Тяни на себя.

Парашют плавно поворачивается, Лиза чувствует себя на аттракционе. Она берёт вторую стропу и тоже тянет вниз: инструктор просто дал ей поуправлять парашютом.

Пять минут под куполом. Красота больше не в деталях, она разлита абсолютно везде: по лесу, по реке, по городу. Жизнь чудесная и короткая, это не просто слова.

Деревья стремительно приближаются. Приземляться нужно аккуратно, только на ноги инструктора, Лиза поднимает свои в воздухе. Артём всё делает правильно. Теперь и она чувствует твёрдость и надёжность земли.

Лиза обещает себе каждый день смотреть на небо.