Пока жители снежного леса готовились праздновать Новый год, серый кот Василий мечтал об одном — вовремя выполнить все заказы. Для этого он трудился в своей обувной мастерской не покладая лап. Вдруг ему показалось, что за дверью что-то хрустит:

— Хруст-хруст... — по снегу.

Знакомый звук. А затем:

— Тут-тук.... Тук-туки-туки-тук!

Кот снял очки, отложил иглу, которой штопал старый ботинок, поднял с пола клубочек ниток и нехотя пошёл к двери.

— Кхе-кхе... Секундочку. Мяу. Кто там?

— Васенька, это я, Сороконожка.

— Ой-ёй!.. Милочка, подожди немножко...

Василий в ужасе схватился за голову. Какой кошмар! Один день до Нового года, гора несделанной работы, а тут ещё эта Сороконожка явилась! Кот тяжело вздохнул и принялся считать:

— Так! У Сороконожки каждой паре по ножке...

Ой, каждой ножке по паре...

Вася, ты сегодня в ударе!

Ничего не поделаешь — клиент всегда прав. Придётся впустить гостью. В открытую дверь ворвался морозный воздух, и кот немного взбодрился. Сороконожка была в сандалиях, а за спиной у неё висел огромный рюкзак. В рюкзаке поместились сорок коньков и сорок запутанных шнурков. Василий даже пожалел, что простудой не заболел, но быстро опомнился:

— Ты тренер хоккейной команды?

— Ну что ты, — смеётся Сороконожка, —

Участвую в соревновании.

Я мастер по фигурному катанию.

Мне нужно наточить коньки,

Заштопать, вставить в них шнурки.

Успеешь до завтра? К обеду...

Василий решил: «Уеду!»

Но коты не бросают друзей, когда на кону победа.

Пока перекладывал коньки на рабочий стол, Василий заметил, что гостья вся дрожит от холода. Он напоил её горячим чаем с молоком, а потом тихо сказал:

— Милочка, твои сандалии,

Как будто слоны истоптали...

Сороконожка покраснела:

— Ох, Вася, стесняюсь просить,

Но их бы тоже зашить.

Только в чём я пойду домой?

Боюсь, утону в снегу...

Василий махнул: — Помогу.

Придумаю что-нибудь...

И Сороконожка двинулась в путь.

Идёт, попой виляет — следы заметает.

А в мастерской Василий пьёт валерьянку, пришивает ткань наизнанку и думает: «Вот я балбес! Куда я вообще полез?!»

Он отдал сороконожке волчьи сапожки.

У всей стаи забрал, а волкам соврал,

Что сапожки ещё не готовы.

Но волки явились снова.

Злой вожак схватил Василия за шею и прохрипел:

— Наш сынок такой упрямый,

Что на этот Новый год

Без заштопанных сапожек

Он возьмёт и не пойдёт.

А Волчица разозлится

И живьём меня... ну вот...

Василий мысленно пообещал себе, что после Нового года обязательно возьмёт отпуск, а пока взамен сапожек отдал волку Лисичкины бальные туфельки. Хорошо, что она не успела их забрать!

— Мяу! Отдай пока Волчице,

Ей на праздник пригодится.

Только ты проконтролируй,

Чтоб не виделась с Лисицей!

Волк долго разглядывал туфельки, но в конце концов согласился. Он ушёл, громко хлопнув дверью, а Василий вытер пот со лба и оглядел свой рабочий стол. Там лежали:

Двадцать пар стоптанных сандалий,

Сорок тупых коньков,

Сорок драных шнурков,

Тапки Медведя, валенки Зайца,

И шлёпки мышки Аксиньи.

— Уеду! — решил Василий.

Но вовремя взял себя в лапы. Он принялся точить коньки:

— Вжих-вжих!

Как вдруг:

— Тук-тук! Тук-туки-туки-тук!

— Это Лиса, привет!

Василий выключил свет.

Поздно — Лиса стучала в окно.

Кот вздохнул: «Всё равно...»

И пошёл открывать.

— Ты, вижу, собрался спать, — извинялась Лиса.

Но я бы хотела взять

Туфельки, помнишь... красивые?

Ты их неделю назад забрал.

Прости, если я тороплю,

Просто один Верблюд

Меня пригласил на бал.

Кот боялся пошевелиться. Мысли в его голове булькали, как кипящая вода в кастрюле. Лиса посмотрела направо, посмотрела налево. Лиса помахала лапой у него перед глазами: «Эй, серый, ты живой?»

— Туфельки где, говорю? Такие красивые...

Кот встрепенулся: «Аксинья!»

Он ловко подклеил крошечные мышкины шлёпки, протянул их Лисе и сказал:

— Можешь идти на бал!

Это новая мода, поверь.

Лиса чуть не вышибла дверь,

Пока на носках ковыляла...

Надеемся, что танцевала

Она не хуже Верблюда.

А вскоре случилось чудо!

Была глубокая ночь. Лес погрузился в сон, и только в мастерской кота Василия всё ещё кипела работа. Вернее, это Василий кипел от усталости. Он приклеил к сандалиям коньки, вместе связал шнурки и заштопал ими валенки Зайца. А после уронил голову прямо на пушистые Медвежьи тапки и захрапел. Под утро во сне он услышал стук:

— Тук... — и ещё раз: — Тук...

Не показалось.... Василий побрёл открывать.

На пороге стояли кони.

Кони представились:

— Вьюжка, Снежок, Роза.

Мы — тройка Деда Мороза.

Сегодня весь день скакать,

А наши кривые подковы падают снова и снова.

Можешь перековать?

Кот закричал:

— Мя-я-у!

Кот зашипел:

— Ш-ш-ш-ш-ш.

Кот распушил шерсть и подумал: «Может, слопать мыло, чтоб меня стошнило?» Но вовремя опомнился и задал вопрос:

— А что же не Дед Мороз?

Кони опустили головы.

Кони хором заржали:

— Мы убежа-а-али!

А дедушка нас просил, чтоб набирались сил,

И ночью мирно дремали!

Но нам так хотелось на бал...

Кот заворчал:

— Всем бы вам поскорей...

— Котик! Просто приклей!

Но Василий привык работать на совесть. Всё утро кот выпрямлял подковы молотком:

— Бам! Бам!

Точил их острым коньком:

— Вжих! Вжих!

Потом выдавливал самый лучший клей:

— Плюх! Плюх!

Наконец отпустил коней.

Те кричали на бегу:

— Не останемся в долгу!

Кот усмехнулся и завалился спать,

Даже не выключив свет.

А чудо случилось в обед!

До Нового года оставалось десять часов. Василий резко вскочил с кровати и подумал: «Я всех подвёл! Я ничего не успел!» Но тут его охватило странное чувство. Кот оглядел мастерскую и понял, что в ней кто-то хорошенько прибрался.

А на столе лежали:

Сорок острых коньков,

В них сорок шнурков,

Пушистые тапки Медведя,

Тёплые валенки Зайца,

И меховые сандалии!

— Спасибо, Дедушка Мороз! — крикнул Василий. Он запихнул всё в рюкзак и помчался в лес.

Коньки и сандалии — Сороконожке,

Волкам — сапожки,

Туфли — Лисице,

Тапки — Медведю,

Валенки — Зайцу,

Шлёпки — мышке Аксинье.

— Успел! — выдохнул Василий.

Вечером на украшенной гирляндами поляне звери праздновали Новый год.

Волчата по льду догоняли

Сороконожку с медалями.

Лисица Верблюду кивала,

Пока на бис танцевала.

Волчица ворчала на Волка

Совсем не долго и,

Кажется, поцеловала.

И до чего весёлым был праздник, до чего красивым!

— Спасибо тебе, Дед Мороз!

— Спасибо, Василий!