Сашка думал, что лужа мелкая, и с разбега прыгнул в неё. Но она оказалась глубокой, и он зачерпнул полный сапог воды. Осторожно взглянул на маму, но мама не стала его ругать, а просто вытащила из багажника запасные сапоги и сухие носки.

Потом она медленно пошла по тропинке, помахивая пустой корзиной. Время от времени останавливалась, расправляла плечи, делала вдох, оглядывалась по сторонам, будто очутилась в сказочном царстве. И совсем не искала грибы.

— Мам, а мы лисички собирать будем?

— Ах, Саш, давай просто погуляем. Смотри, как хорошо сегодня.

В лесу и правда было здорово. Пахло дождём и мокрой корой, но лужи встречались редко. Капельки на паутине переливались разными цветами. Сашка пинал мухоморы, загребал ногами шуршащие листья, набрал в карманы желудей — гладких, с шапочкой наверху, как берет у одного дедушки из их дома. На краю поляны ему попался красивый зелёный мох — он пружинил, как матрас. Когда наступаешь — остаётся след. Но через минуту исчезает. Сашка долго топтался, наблюдая как появляются и пропадают следы.

Какая-то птичка опустилась на пень. «Наверное, кукушка», — подумал Сашка. Он никогда не видел кукушек, но вспомнил, как вчера к ним неожиданно приехала бабушка и почему-то стала ругать маму. И мама несколько раз повторила:

— Не хочу быть кукушкой.

А бабушка ответила:

— Если не поумнеешь, то так и будешь, как я, всю жизнь одна куковать. А мне твой кукушонок не помешал бы.

А когда уходила, сказала маме:

— Эх, дурёха, ты, дурёха!

Сашка стал думать о том, чем займётся вечером у бабушки. По субботам он всегда ночевал у неё. Потому что к маме приезжал дядя Витя. Мама об этом не рассказывала, но Сашка знал. Он помнил, как однажды позвонили в дверь. Мама пошла открывать и долго не возвращалась. Сашка побежал посмотреть, кто пришёл, и увидел дядю Витю. Тот стоял к нему спиной и обнимал маму. А мама, заметив Сашку, быстро одёрнула белую футболку и прошептала:

— Витя, Витя... не при ребёнке.

Дядя Витя обернулся и хрипло сказал:

— А, Сашка, как дела в школе?

Потом спросил:

— Светка, ты чего его к матери не отправила?

И после этого по субботам мама стала отвозить его к бабушке. Каждый раз, когда мама уходила, бабушка ворчала:

— Приятных сновидений! Да гонор-то свой поубавь! Приличные мужики на дороге не валяются!

Как-то на перемене к Сашке подошёл Ромка из пятого класса:

— Это к твоей матери бойфренд на крутой тачке по субботам ездит?

Сашка не знал, что такое «бойфренд», но на всякий случай кивнул.

— Круто! — Толстый Ромка опёрся локтем о стену, а ладошкой погладил себя по затылку. — Как думаешь, они поженятся? — И, не дождавшись ответа, с завистью протянул: — Повезло тебе... А, может, и не поженятся. У моей матери тоже один такой был, а потом тю-тю.

В прошлое воскресенье Сашка, мама и дядя Витя были в кафе. Когда сели за круглый красный стол, дядя Витя придвинул свой стул к маминому и положил руку с рыжими волосами ей на плечи. Он сидел, расставив колени, и светлыми глазами в упор глядел на Сашку. Ничего не говорил. А мама притворялась, что ей очень весело. Она громко смеялась, всё время болтала и то и дело повторяла:

— Правда, Саша? Правда, Витя?

От того, что мама притворяется, Сашке стало не по себе. По спине побежали мурашки и пропал аппетит. Он месил ложкой мороженое и наблюдал, как оно тает.

— Светка, а чего он мороженое-то не ест? — вдруг спросил дядя Витя. — Мороженое-мороженое, все вместе будем есть мороженое! — передразнил он маму. — А он не ест.

— Саша, ты чего надулся? — ласково сказала мама. — Хочешь, я тебя как маленького с ложечки покормлю?

Эту игру Сашка любил. Он делал вид, будто он маленький, а мама кормила его с ложечки и баюкала на ручках. Он утыкался носом в тёплую шею, вдыхал знакомый запах и слушал, как бьётся мамино сердце. Любил, когда она ерошила ему волосы и целовала в макушку. Любил повиснуть у неё на шее, чтобы мама засмеялась и сказала: «Ой, Саша, Саша, ты уже большой, мне тебя не удержать».

Он было уже обрадовался, что мама перестала притворяться, как дядя Витя заявил:

— Ты слишком сюсюкаешься с ним, Светка!

Мамины брови поднялись так, что сморщился лоб.

Дядя Витя кашлянул, похлопал маму по плечу и сказал:

— Позвоню...

Встал и ушёл. А мама сразу стала грустной. Долго молчала. Потом вздохнула:

— Зря ты, Саша, так себя вёл. Дядя Витя хороший, он тебе даже подарок купил.

Она достала из сумки коробку с прозрачным окошечком. Внутри была жёлтая машинка. Но Сашка-то знал, что никакого подарка дядя Витя не покупал. Эту машинку он видел ещё вчера, когда тайком заглянул в мамину сумку. И от того, что мама врёт, ему стало так горько, что он заплакал.

Но сегодня у мамы было замечательное настроение.

— Тихо, Саша, — прошептала она. — Если закрыть глаза, можно услышать, как падают листья.

Он на минутку зажмурился и услышал, как упал листок, как затренькала синичка. За спиной хрустнула веточка. А высоко-высоко, в верхушках деревьев, шумел ветер. Сашка открыл глаза — мама смотрела на него и улыбалась.

— Посмотри, какой клён нарядный! — показала она. — Когда я была маленькой, мы собирали кленовые листья, гладили их утюгом и прикрепляли пластилином к веточкам. И у нас всю зиму стоял красивый осенний букет.

Но Сашку осенние букеты не интересовали, его мучил один вопрос. И он не мог его не задать. На обратном пути, когда за деревьями показалась дорога, он отстал на пару шагов и крикнул маме в спину:

— Мам, а вы с дядей Витей жениться будете?

Мама остановилась. Помолчала секунду. Потом обернулась и улыбнулась так радостно, будто ей подарили настоящий мотоцикл.

— Нет, Сашуня, — сказала она тихо. — Не будем. Ведь нам с тобой и вдвоём хорошо, правда?

Сашка хотел ответить, но от счастья ему не хватило воздуха, и он так и замер с открытым ртом. Мама засмеялась и распахнула руки, он подбежал и уткнулся ей в живот, в шуршащий зелёный плащ. Мама крепко обняла его, и Сашка услышал, как бьётся её сердце.

— Какой ты уже большой, — сказала мама.

И, обнявшись, они пошли к машине.