Как-то раз заскучала Баба-яга и стала думу думать. Так у неё бывало по весне, что слова «скука» и «дума» — рядом, как кумушки-сороки на ветке.

И пришло ей в голову, что надо ввести в своё маленькое домашнее хозяйство большую многозадачность. Так коту своему Самарскому и сказала.

— Эт как? — мявкнул тот.

— Эт я пока не знаю как, но скоро разберусь, — рявкнула Яга и выскочила на полянку перед избой, чтобы позаниматься модной лесной физкультурой — йогой-йагой.

Пойожившись и враз похорошев, собрала Бабка на летучку все волшебные предметы и объявила: с этого дня они на неделю меняются свойствами.

— Чтобы были у меня под рукой шапка-скороход, сапоги-невидимки, скатерть-самолёт и ковёр-самобранка. Всем ясно?

— Мне неясно, на кой ты это удумала, хозяйка, — наморщилась складками скатерть. — Я людей кормить привыкла, а не таскать на себе.

— А я, — забарабанил ковёр уголком по полу, — я не ба... не женщина, чтобы готовкой заморачиваться.

— Цыц! — Яга сдвинула косматые брови. — В химчистку захотели?

— Как что, так сразу химчистка, — проворчали оба, но больше не спорили.

И начались в сказочном лесу новые чудеса! Нерадостные, правда.

Леший в один из дней взял напрокат шапку-скороход.

— Надел — и понесло меня по равнинам, горам да оврагам быстрее ветра. Да только вниз головой несло, макушкой все выбоины и кочки прочувствовал, — жаловался лешачок.

Кикимора выпросила на час сапоги-невидимки — с подругой на деньги в прятки играла. Вернула с криком: оказалось, что, надевая сапожки, не враз исчезаешь, как в шапке, а постепенно. Сначала одна половина тела пропадает, потом другая. А если один сапог с ноги соскакивал, то нога и бочина видимыми становились. Проиграла Болотная подружке всю пенсию и сверху должна осталась.

— Замедление в наш век скоростей! Ужас! — билась в падучей Кикимора.

Скатерть-самолёт старалась делать всё, как надо, но груз большой поднимать не могла — нитка тонка оказалась. Взяла на борт Ивана-царевича да тут же и уронила, хорошо, его пролетающие гуси-лебеди подхватили.

А ковёр-самобранка стол накрывал и потчевал, да плохо потом скатывался — из-за пушистого ворса.

...— Иииэээх, не срослось у нас с многозадачностью, Бессмертный, — жаловалась Яга Кощею по сказочной видеосвязи.

— Да, кума, не задалось, значит, — похохатывал тот. — Только ты это, понятия путаешь. Ты не многозадачность внедряла, а взаимозаменяемость. Кажется.

— Один крен, — вздохнула Бабка. Потом задумалась.

«Не к покою новые думы», — сказал себе кот и ушёл за печку, радуясь, что у него одна задача — мир украшать.